19:57 

Часть 23.

Nico_Juice
Ты же проверяешься?
— Пожалуйста, не могли бы вы отойти в сторону?
Такие все вежливые. Кион сонно поморщился, но все-таки отошел от холодильника с молочными продуктами, пропуская даму лет эдак под сорок. Он совершенно забыл, что ему надо было купить; кажется, просто заснул над всякими сметанами и прочим. Надо бы больше спать ночью. Но да ладно, сейчас надо бы просто вспомнить, за чем он пришел в магазин.
Кион мотнул головой, засунув руки в карманы, и уныло поплелся вдоль полок с продуктами, надеясь просто зацепиться взглядом за нужное ему. Ну, вроде как мозг сам вспомнит и все такое. Хотя, говорят, в этом случае нужно возвращаться туда, откуда пришел. Но домой же из-за этого Кион лишний раз ходить не будет.
Он застыл у стены, опершись об неё плечом и смотря на холодильник с разной минералкой. Вернее, на заметную особу, стоявшую перед ним. Вздохнул. Высокая такая, с идеальной фигурой. Кион даже подумал, что это какая-нибудь там модель или что-то в этом роде. Хотя, кажется, знакомый силуэт-то…
Когда силуэт кажется знакомым Кион, это может означать только одно. Но не так же. Не тут же. Просто нереальное совпадение.
Блондин громко вздохнул и уверенными шагами прошел к «девушке», поднял руку, будто хотел коснуться плеча, но застыл. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но просто выдохнул удивленно, задав опять тот же вопрос, какой часто задавал раньше.
— Сайр?..
И если Кион мучился сонливостью и сомнениями, то Сайр был зол, напряжен и спать нисколько не хотел из-за дикой пламенной рези в желудке, лекарство от которой он и силился найти, но то никак не выходило: глаза, убитые ночью в темном прокуренном клубе, никак не хотели фокусироваться на едва заметных надписях на хмурых этикетках нежно-зеленых и приторно-голубых боков пластиковых бутылок.
— Да чего тебе? — сдавленно прошипел он сквозь зубы, зло зыркнув на бледного от недосыпа Кион; он не был на него зол, но был готов порвать на мелкие клочки любого, кто посмеет встать между ним и холодильником с заветной минералкой. — Что вообще ты тут делаешь в…
Он скосил взгляд куда-то вниз, дернул рукой, будто бы открывая часы, но не находя их.
— …короче, так рано?
Медленно Сайр прошелся взглядом по всему Кион, остановившись на его лице.
Понимал, прекрасно понимал, что думает этот глупенький мальчишка, как он относится и к этому платью, больше похожему на кружевной пеньюарчик типичной французской куртизанки, и к макияжу, и к тому чудесному виду, что открывался в вырезе платья — а там у Сайра, который не раз доказал Кион свою абсолютную мужественность, была, как-никак, грудь… Пусть и не такая большая.
— То, что и обычно делают в магазинах. Я что-то покупаю, — запинаясь, ответил Кион. Он не знал, что делать и как выражать свое удивление, задавать вопросы. Смотрел только огромными глазами на Сайра, стараясь не опускать взгляд и не думать про грудь, которая у него неожиданно появилась. Откуда вообще?! Что вообще? Как? Где? Почему? Столько всяких непонятностей, что деваться ну совершенно некуда.
— А-а… Почему?..
«Почему ты баба, Сайр?» — надо было спросить, но Кион никак не мог продолжить, опуская взгляд и начиная так нескрываемо рассматривать брюнета и его неожиданный прикид. И ведь никто бы даже не догадался, что вот ЭТО — мужчина. Или когда-то им было. Черт, Сайру явно повезло с лицом. И с ногами… И с руками… Со всем ему повезло. Кроме, пожалуй, характера.
Кион сглотнул, криво и нервно улыбнувшись и заставив себя поднять-таки взгляд снова на лицо Сайра. Легче не стало.
— Почему, э… Ну вот, — он сделал жест руками, будто бы показывая на всего Сайра разом. И он накрашен. И от него внезапно пахнет. И очень даже приятно. Сколько бы Кион не силился вспомнить, ему всегда казалось, что от Сайра не пахнет вообще ничем. — Ну…
Нет, на самом деле это было бы очень легко спросить, не сбивай вид брюнета с мыслей. С любых мыслей.
Сайр только странно покривил губы, вроде пытаясь улыбнуться, но ведь любую его улыбку сейчас сжирал дикий пожар в желудке.
Спроси у Кион сейчас что-нибудь вроде «дважды два?» или «сколько стоит вон та водичка?», он наверняка ответил бы «грудь».
Взгляд Сайра снова скользнул по всему Кион: Сайр просто чувствовал, что сейчас, несмотря на обострение гастрита, его выход, и как раз готов был выдать что-нибудь из своего репертуара уж хотя бы ради того, чтобы потом спокойно разглядывать этикетки на бутылках минералки и не отвлекаться на блондина, которому в это утро ну очень повезло.
— Доброе утро! — вдруг на той же шипящей ноте пропел Сайр, корча ужасную улыбку и сгибаясь пополам, оказываясь на уровне низа живота Кион, где на джинсах такого смущенного парнишки появился характерный бугорок. — Вижу, ты очень рад меня видеть!
Выудив из-за спины руку, он опустил ее на бедро Кион, разгибаясь и поводя ладонью выше и ближе к его проснувшемуся достоинству.
— Почему я так выгляжу? — будто бы вспомнив о том, что у Кион есть еще и другие части тела, спросил Сайр и уперся взглядом в глаза блондина. — Да так, дельце одно было…
В желудке снова грянула вспышка; Сайр заметно покривился, убрал обе руки в карманы короткой кожаной куртки и развернулся обратно к холодильнику, держа на лице эту мученическую и выбешенную гримасу.
Кион вспыхнул буквально весь. На момент ему показалось, что у него даже руки-ноги и все прочее резко покраснели, хотя в реальности только умильно заалели щеки, к которым он тут же приложил ладони. И тут же их опустил, прикрыв руками достоинство, только сильнее откликнувшееся на приветствие Сайра.
И вот если бы не достоинство, то Кион бы несомненно спросил «Что за дельце такое?», но вот если бы не бы, да бы. И сказать он ничего толком не мог, только помычал в знак того, что уяснил и расслышал. Оставаться в магазине было ну никак, с таким-то… ну понятно же!
Кион вдруг почти подскочил ближе, касаясь пальцами руки Сайра и почти прижимаясь к тому, но стесняясь, да и боясь.
— Приходи ко мне сегодня, — шепнул Кион, тяжко вздохнув и переждав мгновение, закрывая глаза. — Пожалуйста…
И тут же открыл глаза еще шире чем было, явно пугаясь того, что сказал. Раскраснелся весь, резко отпрянул и сдулся. А еще через секунду его и след простыл. Так быстро выскочил из магазина, так быстро летел по улице, не дай бог кто заметит! И даже плевать, что они видят его первый и последний раз в жизни! Стыдно-стыдно-стыдно.
Сайр только уныло посмотрел Кион вслед, на самом деле пребывая в удивлении: как так, как этот застенчивый и несмелый мальчишка вдруг сумел подойти сам к своему мучителю и попросить того о визите, причем, явно не для чаепития?
Вот как-то… Как-то смог…
Покачав головой, Сайр вернулся к изучению содержимого холодильника, теребя в кармане ключи от квартиры, стараясь так отвлечься и от накативших мыслей о Кион — идти или нет? — и от никак не отступающей боли.
Забежав в квартиру, резко хлопнув дверью и по традиции опершись о неё спиной, Кион запрокинул голову и тяжело выдохнул.
Сайр, черт бы тебя подрал, что с тобой не так?!
Интересно, придет он или нет? Так хотелось, чтобы пришел. Очень.


«Ну, наверное, он хотел, чтобы я явился к нему в таком виде, а не как обычно, — остановившись у двери в квартиру Кион, подумал Сайр и потер переносицу, прикрыв глаза. — И с чего вообще я вдруг теряю уверенность в своих поступках?»
Вспыхнув — дернувшись, выпрямившись и открыв глаза, — брюнет зло ткнул накрашенным черным лаком ногтем в блестящую кнопку дверного звонка, вслушиваясь и прикусывая губу, чувствуя сладкий привкус помады.
Как унизительно… И этот маскарад, и то, что он таки явился сюда, причем, именно в таком виде.
Кион, все это время ходивший по квартире туда-сюда, резко застыл на месте, вслушиваясь в звук звонка. Неужели все-таки пришел? Черт возьми, пришел, это же Сайр, наверняка Сайр, кто еще мог внезапно прийти к Кион? Да, конечно. А не послышалось? Нет, точно нет. Черт, пока Кион медлит, ему может надоесть ждать.
Блондин быстро прошел к двери, распахивая ту и снова резко начиная краснеть. Он пришел точно так же, как был в магазине. В платье, в курточке. Черт возьми, такой весь красивый, просто до невозможности. И этот макияж. Кион подумал бы романтичное «влюбился заново», но в действительности думал он только об одном, и это явно не было романтикой.
Сайр испортил Кион совсем. Как так вообще можно…
— Ты пришел все-таки, — выдохнул Кион, схватив Сайра за руку и почти что втаскивая того в квартиру, только толкая дверь рукой, даже не запирая ту. Отошел на шаг, чтобы снова осмотреть Сайра с ног до головы. Господь, помилуй, зачем ты его такого создал?
Кион вздохнул глубже, тут же как-то очутившись совсем близко к Сайру и быстро обнимая его за шею, чуть наклоняя брюнета к себе (все-таки тот был заметно выше) и вот так просто целуя.
Как никогда еще не делал. Кион искренне надеялся, что такая вдруг активность с его стороны не разозлит Сайра, который мог в своей злости сделать все, что его душе угодно.
Наверное, Сайру стоило поспать чуть дольше, чем полчаса отмокания в ванне: он загнался в собственные мысли и на собственное перемещение в пространстве отреагировал слабо, запоздало чертыхнувшись и упершись ладонями в грудь Кион, казавшуюся невероятно горячей даже через одежду.
Вот так. Не успел войти, а уже и наклонили, и целуют…
Сайр протестующее цыкнул, мягко отталкивая от себя Кион.
— Ты этим хочешь сказать, что даже говорить со мной не хочешь, а только трахаться? — с трудом уловив бегающий взгляд блондина, тихо спросил Сайр; странно, но в его голосе и правда звучало удивление. — Я-то думал…
Он разочарованно вздохнул; отвел ладони от груди Кион, драматически складывая их на своей груди и уводя взгляд вверх и вбок — кажется, такая поза была частой в картинах Тициана.
— …что в нашем, кхм, союзе, я лидер, — вдруг сменил тон он, зло и так знакомо зыркнув на Кион и с силой схватив его горячие ладони. — Или что: увидел меня в платье и взыграло? Даже в том гадюшнике я был сверху, милый.
В Сайре так быстро происходили эти перемены… Минуту назад он был прелестной девушкой, а сейчас — снова тем же коварным Сайром, мучающим своего глупенького мальчика.
Он больно держал его за руки, смотрел прямо в глаза, но недолго: Сайр толкнул Кион в полумрак ближайшей комнаты, не задумываясь ни о чем и просто зная, что там, прямо от двери, стоит диван, о который Кион рано или поздно запнется и на который упадет, утягивая с собой и Сайра, который сейчас точно поддастся и последует за своей жертвой.
Очень скоро Кион и правда запнулся о диван, коротко ойкнув и падая на тот, роняя за собой разодетого Сайра, который действительно снова оказался сверху.
— Я… — он хотел было что-то сказать в свое оправдание, да вот только поцелуй его перебил. Впрочем, Кион был совсем не против этого и с готовностью отвечал на все действия Сайра. Он уже не помнил, когда в последний раз получалось так. По своему желанию, без боли и принуждения. Когда действительно хотелось, а не когда думалось только о том, в какой бы угол спрятаться. Хотя, наверное, он просто преувеличивал, было-то только один раз…
В такие моменты Сайр жалел, что у человека только две руки. Он хотел бы держать руки Кион, но одновременно и раздевать его, при том и держа его за алеющие щеки и целуя; но приходилось выбирать, и Сайр, в отличие от блондина не зараженный развратным энтузиазмом, выпустил руки Кион и быстрым движением сбросил куртку, после приникнув к груди блондина и продолжая разорванный в коридоре поцелуй.
Кион сначала поднял руки и снова обнял Сайра за шею, прижимаясь к нему всем своим дрожащим тельцем, которое взаправду ну уж очень соскучилось по своему любовнику и уж очень радо его было снова ощущать рядом с собой вот так.
Через несколько мгновений почти отключившийся мозг Кион даже понял, что под гадюшником имелся в виду тот ужасный клуб, который блондин принял за сон. А оказалось-то… но теперь он уже удивлялся. Не смог бы удивиться, наверное, уже ничему.
Скоро он даже сообразил, что надо что-то делать. Руки Кион скользнули с шеи Сайра по его плечам ниже, к талии, хватаясь дрожащими пальчиками за платье и начиная его медленно поднимать.
Он думал, что его уже ничего не удивит. Он действительно так думал. Но одно маленькое обстоятельство, пожалуй, порушило эти мысли с концами. Только рефлекторно Кион продолжал тянуть платье вверх, пока мысль пыталась ползти по его извилинам.
— Ай, нет-нет-нет, — Сайр снова отстранился от Кион, отодрав его руки от нежной и легкой ткани подола и опуская его обратно. — Знаешь, сколько времени я трачу на то, чтобы придать себе такой вид? Много, ага. Поэтому не стоит вот просто так брать и все ломать.
Медленно Сайр стянул с Кион футболку, с кровожадной усмешкой отбросив ее в сторону; медленно он стаскивал с Кион джинсы, подцепив с ними и белье.
Он запустил руку под подол, выудил из-под подвязки, едва скрытой платьем, наручники.
— А еще я кое-что принес, — с коварной улыбкой произнес он, защелкивая браслет на одном запястье Кион и притягивая к тому другое, поднимая его руки и заводя второй браслет за поднимающуюся к потолку трубу батареи, после полностью лишив своего милого мальчика всякого своеволия. — Нравится? Между прочим, настоящие, не из секс-шопа, который ты так любишь…
Сайр снова склонился к Кион, продолжив целовать его, попутно уже спокойно раздевая его. Неспешно, медленно, дразняще.
Ну может же он хоть раз проявить не жестокость, а ласку?
Наверное, Кион было странно: его Сайр, к которому он привык, был груб и жесток, а то, что сейчас приняло его обличие, и правда больше походило на куртизанку, которой хорошо заплатили за ее работу, которую она выполняет идеально.
— Беззащитнее, чем когда-либо, — прошептал Кион на ушко Сайр. — Что же мне с тобой сделать, м?
Он коснулся взглядом глаз блондина, провел по его щеке до губ кончиком указательного пальца.
— Я мог бы сыграть на твоих животных чувствах и уйти, оставив тебя в таком положении; мог бы прямо здесь и сейчас вскрыть тебя; мог бы… Господь милосердный, да я же всемогущ, — все шептал он в приоткрытые губы Кион, смотря в его глаза. — Ну а раз так…
Он бы мог много еще сказать. И про то, чего ему самому хотелось бы; про то, что его достало; про то, что он ненавидит и что любит, но вместо этого он только прищурился, говоря этим, что все будет хорошо, коснулся члена Кион горячей ладонью и опустил голову на плечо, кажется, дрожащего блондина.
От него пахло чем-то сладким.
Сайр, Сайр… В этот момент его с новой силой хлестнула мысль о том, что все это он творит с еще ребенком, но она была слишком слабой; Сайр только незаметно ухмыльнулся, клюнув поцелуем шею Кион. Он чуть откатился назад, коротко и тихо вдохнул, выдав и незнакомую еще Кион нотку голоса, и снова вывел руку на грудь блондина, принимаясь покусывать того за шею и оттягиваться назад и явно от чего-то сдерживаться.
Впрочем, вышло не очень хорошо: спустя какие-то жалкие несколько секунд Сайр разразился тихим надрывным стоном и шипением и, сам того не замечая, оцарапал грудь Кион, переводя руки на его талию с груди.
Кион не успел даже очнуться от своих мыслей, как удовольствие захлестнуло несчастный его мозг. Блондин выгнулся, загремев наручниками и запрокинув голову, так доверительно открывая тонкую беззащитную свою шейку. Нет, но надо же!..
— Сайр!.. — громко выдохнул он, снова поднимая голову и открывая глаза, мутно смотря на брюнета. — У тебя там!.. — прервался на короткий стон, снова закрыл глаза и уронил голову. — Господипрости, Сайр, н-н-ну-у подожди-и…
Нет, он все-таки думал о короткой прелюдии, но не настолько же короткой, какой она вышла. А сейчас ему нужна была пауза, ему нужно было узнать, откуда у Сайра эти раны на теле, как же вообще… как так…
— Сайр, твои раны!.. — сдавленно выдохнул он, снова выгибаясь. Ближе, еще ближе, совсем близко. Невольно он двигал бедрами в такт, помогая, дергал бесполезно руками. Так хотел коснуться, дотронуться, обнять. За что надо было лишать его свободы? Нет, нет. Не то, не те мысли. Раны, Сайр…
Почему Сайр был так ранен, почему он был в женской одежде утром, какие у него были дела, почему, несмотря на все это, он сейчас так ласков?
Сейчас нужно было остановить его хоть как-нибудь, выяснить. Черт возьми, если они у него свежие, то такая активность может… Кион жалобно всхлипнул и снова громко застонал.
— Сайр, да подожди, черт, а-а-а, стой! — вскрикнул Кион, замотав головой. Но от очередного укуса в шею, голову он снова покорно запрокинул, выгибаясь. То была поразительная способность Сайра — управлять, не произнося ни звука. Ну или почти ни звука…
— Нет, Кион, — прошипел Сайр, отрываясь от укусов. — Тебе не нужно это знать. Забудь. Сейчас уже ничего не болит, — он прекрасно понял, почему его милый сейчас паникует и пытается прервать начавшееся; как это было мило с его стороны: бояться за своего бессмертного мучителя и стараться быть с ним полегче и нежнее, чтобы не открылись даже уже зажившие раны.
Почему он не делал этого раньше и испытывал своего маньяка на прочность и терпение?..
— Ты же не хочешь, чтобы я ушел навсегда, — мягким голосом пригрозил Сайр, чуть приподнявшись и заглядывая в глаза Кион. — А если ты будешь совать свой чудный носик куда не следует, мне придется это сделать…
Нагло улыбнувшись, он сорвал поцелуй с губ блондина, одной ладонью закрывая его глаза и жалея, что не додумался взять с собой еще и что-нибудь, чем можно было бы закрыть глаза жертве.
Не то чтобы это было важно, но Сайр хотел хранить интригу и тайну: тогда, в клубе, где было дымно и темно, а Кион был пьян, ему легко было быть девушкой полностью; сейчас же, в вечернем полумраке, он рьяно убирал все, что могло помешать его изысканной иллюзии.
Кион чуть поморщился от того, что ему еще и глаза закрыли. Ни дотронуться, ни смотреть, ничего. Это жестоко и нечестно, между прочим, но сделать блондин все равно ничего не мог, поэтому только послушно прекратил истерику и выгнулся, чувствуя, как сильнее давит рука на глаза, как за мгновение становится еще жарче. Тело, потерявшее разом и возможность нормально двигаться, и зрение, полностью переключилось на то, что слышит и чувствует.
Сайр снова спустился к его шее, целуя ее, иногда просто прижимаясь к горячей коже щекой и выдавая тихий протяжный стон, поглаживая свободной рукой бедро Кион, не снимая другую руку с его глаз, чувствуя легкую щекотку от длинных ресниц блондина.
— Не хочу… — тихо и сдавленно согласился Кион, прикусывая губу и снова зазвенев наручниками о трубу. Эй, стоп, а с чего это он любит секс-шопы?! Очень вовремя, конечно, дошло. Он отбросил этот вопрос сразу, отбросил все мысли, страх, опасение. Он так доверял Сайру почему-то. Это после всего того, что он натворил.
А может, то был опять же сон? А может, это был сон? А может, Кион уже мертв и это вот такой его собственный рай? Почему бы и нет. Сейчас, с закрытыми глазами и ощущениями наружу, было возможно всё.
Он вслушивался в дыхание Сайра, в тихие его стоны, не задумываясь, помогал, двигаясь навстречу.
«Не уходи навсегда, — одно единственное, то, что смогло пробиться в мысли через непробиваемую ранее стену из ощущений. Пробилось и теперь так настойчиво стучало в виски, — Не смей!»
— Ну так вот и, — бросил шепотом Сайр, после снова прикрыв глаза и зашипев. Хотя конечно же он понимал, что Кион не понимает многогранности этой фразы и того, что она относится не только к тому, что происходит сейчас.
Сайр хотел бы, чтобы Кион не совался в его дела, всячески огораживал его от них, но тот случай с дневником, переросший в драму для блондина, но в спасение для самого Сайра… Нет, все равно, тогда — случайное совпадение.
Хоть и пошатнувшее в тот момент взгляды на собственную конфиденциальность.
Пора было прекращать все эти почти супружеские щебетания. Настроение Сайра снова менялось, перетекая из ласкового и нежного в невыразимое словами, делающее его чем-то близким к диким хищным зверям: как-то вмиг он забрал себе власть над ситуацией и больше не растекался по Кион, доверяя ему себя. В конце концов, разве не об этом он сказал еще в коридоре? Даже в таком положении Сайр остается сверху…
У него были свои цели. Он знал, что Кион не послушается, и после обязательно поднимет волну своей истерики снова, забыв про угрозы; от этого надо было как-то спастись, и у Сайра как раз была идея…
Он стал двигаться жестче, чаще стонать и тяжелее дышать — такие мелочи, казалось бы, нужные только для атмосферы, однако у Сайра были свои цели применения.
Так резко мысли у Кион еще никогда до этого не испарялись. Так вдруг Сайр, до этого почти что даже нежный, стал вдруг развратной шлюхой. Но какой… этот его голос, эти стоны, дыхание, резкие движения. Он сейчас еще больше хотел бы увидеть его, дотронуться пальцами до его горячего тела. Но никак, уже совсем никак. Ограничения вдруг стали еще жестче. Сайр никогда не оставлял выбора. А ведь иногда очень хотелось. Правда. Но не сейчас.
Кион громко застонал, но тут же заткнулся, не мешая самому себе слушать и ощущать Сайра, такого всего прекрасного, шумного, горячего. До невозможности.
Совсем потерялся от всего этого, не мог даже вспомнить кто он и где он. Даже с трудом понимал, что происходит, только плыл по течению удовольствия и как мог двигался, но уже гораздо слабее. Да ему Сайр и почти не давал что-то самостоятельно делать.
Нет, так он не сможет себя никогда показать. И долго не продержится.
Уплыл совсем.
Кион резко выгнулся, содрогнувшись всем телом и шумно хватая воздух, будто задыхаясь. Или даже и вправду задыхаясь. А затем выдал протяжный и громкий стон, который уже даже и не думал сдерживать. Что же ты с ним делаешь, Сайр?
Сильно дрожал, почти что лихорадил даже. И ничего, совсем ничего не соображал. А перед широко раскрытыми глазами все еще темнота. Это от руки брюнета или?.. Кружилась голова, ощущение было такое, будто ты вообще не на поверхности, будто бы вообще не тело, а нечто абстрактное, бестелесное.
Господи, это что? Обморок?..
Сайр только удовлетворенно выдохнул, спуская замутненный взгляд к лицу Кион и снимая ладонь с его и без того закрытых глаз. Нужный эффект достигнут; вряд ли блондин теперь скоро вспомнит про страшные следы от ран на животе своего милого любовника, который, перекинув ногу через едва живое тело Кион, с грацией кошки поднялся с того и, одернув платье, вышел из комнаты, чуть шатким шагом неспешно доходя до ванной.
Щелкнул выключатель, зажегся яркий белый свет, режущий глаза после полумрака комнаты. Сайр прищурился на свое отражение в зеркале, тихо фыркнул, стерев кончиками пальцев чуть размазавшуюся помаду, поправил волосы и отстранился к двери, вслушиваясь в тишину: у него было в запасе еще совсем немного времени, но и с ним нужно было быть крайне осторожным — не напомнить случайно Кион о том, что скрывается под легчайшей тканью.
Сайр вернулся в комнату, бросил на все еще недвижимого Кион теплый короткий взгляд, попутно подхватывая куртку с пола и набрасывая ее на плечи, запуская руки в карманы и вытаскивая из одного комок белых кружев и из другого скромный ключик.
— Ну так что, просыпаться будешь, моя спящая красавица? — все еще не теряя грации, но при том занимаясь делом не особо приглядным — трудно надеть белье, когда в голове всё еще всё кружится и качается, — спросил брюнет достаточно громко и резко, после пройдя к Кион и освободив его, принявшись покручивать наручники на пальце и изучать его розовеющую мордашку. — А, хрен с тобой.
Махнув рукой на прощание, Сайр ушел. Уже потом, ночью, в которую выдалось остаться дома, он прокручивал в голове всё произошедшее, думал о себе и о Кион, о том, как там его хрупкий мальчик, что он чувствует и что подумал, очнувшись.
Очень интересно, но…

@темы: рассказ

URL
   

Яблочный Сок

главная